Фофанов Виталий Александрович
(26.09.1930- 06.10.1985)

Виталий Александрович Фофанов родился в интеллигентной семье. Его мать Анна Федоровна – была учительницей в школе №7.

Физический недуг, преследовавший его с детства, личная неустроенная жизнь, одиночество – все это наложило определенный отпечаток на его характер, образ жизни. Боль физическая и душевная были в его жизни всегда рядом

Все, кто знал Виталия Фофанова, отмечали несомненный талант поэта, но в тоже время отмечали его резкость, неуживчивость, неконтактность и нетерпимость.

Его стихи публиковались в коллективном сборнике «Вятка», в областных и местных газетах. Был членом литературного клуба «Молодость».

В 1967 году вышла его единственная книга «ЖАВОРОНОК».

Произведения Виталия Фофанова оптимистичны. Он человек ищущий, пытливый, имеющий на всё своё мнение. и по-своему говорящий об этом в стихах.

Стихотворение, приведённое ниже, было признано лучшим стихотворением 1985 года.

***

Я шёл походкою небрежной
То был насмешливым, то злым.
Я прятал искренность и нежность
Под маску, под нелепый грим.

Кто это? – Клоун на канате.
А это кто? – В седле ковбой.
Кем ни был я! К твоей досаде,
А не был лишь самим собой.
О напускное! Грима краски
сползли, игру мою губя,
Взгляни, лицо моё без маски:
Я плачу, я люблю тебя…

КОСТЁР

Мальчиком
Пришёл к костру,
Что разожгли
за Вяткою,
И вилось пламя
на ветру,
На два конца завязано.
К нему
Я юношей пришёл,
Морскими бредя
далями,
И отблеск пламени
у щёк
Плыл
парусами алыми.
Сижу
мужчиной у костра
С глазами
обожженными,
И вьётся пламя
до утра,
Как сердце
обнажённое.
Я стариком
К нему приду,
И под золой седеющей
Уголья жаркие найду,
И юность –
не стареющей.

МУЗЫКАЛЬНАЯ ШКОЛА

Отрывок из поэмы
Д. МАТЕЛИЦКОЙ.

А плевал я на холод,
как бы ни был жесток:
в музыкальную школу
надо мне на урок.
Хоть теснее закута
эта школа была,
в шарф отцовский
закутан
приходил я туда.
Я наяривал гаммы:
до-ре-ми, до-ре-ми,
словно топал ногами,
словно хлопал дверьми.
И Шопена, и Брамса
постигая с трудом,
я за малое брался,
за большое – потом.
Вот тогда-то я
с Джойкой
подружился. Она
звук катала,
как жёлудь,
У слепого окна.
То он капелькой падал,
то стеклянно дрожал…
Её стынущий палец,
помню, стало мне жаль.
Чтоб тоскою по лету
не томился зрачок,
груду белых поленьев
в школу я приволок.
Только ей бы
согреться,
ленинградочке той,
завезённой по рельсам
в городок голубой.

* * *

Меня берут за горло строки
Склонись над тоненьким листом!
Мои слова, светлы
и строги,
должны иметь мое
лицо.
Как по глазам,
ресницам, скулам
меня легко узнает мать,
так по ритмическому
гулу
и вы должны меня узнать.
Я так боюсь неузнаванья,
лица затмения боюсь!
Вдруг мне на сердце,
как на рану,
плеснет есенинская
грусть?
Ну то ж, и мне бывает
грустно
бывает песенно и мне.
Но ту строку ломаю
грубо
моих примет в которой
нет.
И вновь перо, лица
лишь ради
сечет наотмашь
по листу…
Не дай мне Бог,
лицо утратив,
размазать слезы
по лицу!

Библиография

Виталий Александрович Фофанов // Литературный Киров.- Киров, 1972.-С.115.
Николаева ,Т. Оптимистическая книга // Комс. племя.- 1967.-30 авг.
Кочкин ,Б. Глубокого поиска // Киров. правда.- 1968.- 24 марта.
Слободской меридиан6 альманах слободского литературного клуба «Фортуна». №6.- Слободской, 2012.- С.: 58-61.